Ася (huli_tam) wrote,
Ася
huli_tam

Categories:

Х. Лейвик -- Зайт гезунт

Хочу тут написать про одно стихотворение / песню.

А именно — "Зайт гезунт" на стихи Х. Лейвика, песня с легендарного альбома Клезматикс и Хавы Альберштейн "The Well / Di Krenitse" 1997 года.




Альбом -- действительно культовый, для меня это одна из вершин творчества The Klezmatics, при том, что я у них люблю вообще всё (один знакомый говорил "БГ можно всё", так вот для меня — Klezmatics "можно всё", настолько велика их чуткость, музыкальная и поэтическая и человеческая, настолько они владеют матчастью, что знаешь: какими бы экспериментальными или, наоборот, традиционными ни были их новые проекты, вот эти ребята — точно не слажают). Я "The Well" услышала в 2009 году, когда только-только начинала заниматься идишем, идишской песней и вообще ашкеназской музыкой, и этот альбом, конечно, оставил неизгладимое впечатление. Одна "Голдене паве" чего стоит, попавшая мне прямо в сердце (из-за неё я начала переводить стихи с идиша). Дивные мелодии Альберштейн, их великолепные дуэты со Скламбергом, тогда ещё полногласная труба Лондона, и тогда ещё у них на скрипке была виртуозная Алисия Свигалс... И это был важный этап возрождения песенной традиции (впоследствии ещё сильнее расцветшей) : помимо исполнения народных или старых петых-перепетых авторских песен на идише, люди начали создавать новые песни на незнакомые широкой аудитории идишские стихи. Там и Лейвик, и Зише Ландау, и Анна Марголин, и Фефер, и Бинем Геллер...
Как ни странно, некоторые мои львовские студенты тоже знали этот альбом, причём не от меня. Например, когда я решила им дать текст, собственно, "Ди кренице" (совершенно сюрное стихотворение Ицика Фефера, где "под солнцем, словно белые медведи, дни растут в большом саду" (ааа!!)) — и сказала, что вот есть такой альбом, "Ди кренице" — Леся аж взлетела: "Ой! Там є одна пісня... вона така... така..." и от восторга даже слов не нашла, и я поняла, что она имеет в виду, конечно, "Голдене паве". И потом, через пару лет, я обнаружила, что другая моя студентка, Роксоляна, слушает и постит в сетях эту самую "Зайт гезунт". В общем, it lives on! Что замечательно.

Но, возвращаясь к песне. Я всегда раньше слышала её как такую песню bittersweet прощания, спокойной решимости и в то же время "и сердце моё наполнилось великим предчувствием приключения". Мелодия Хавы Альберштейн — лирическая, нежная, простая и в то же время очень наполненная. Мечтательная. И этот момент, когда все вместе поют — очень трогательный, торжественный.


И только на днях я поняла, что все эти годы не вслушивалась в текст. (Вот что Брент животворящий делает: его relentless, зоркий литературный анализ учит обращать внимание на каждое, каждое слово).

Например, меня никогда раньше не смущало то, что рассказчик остриг волосы — я это воспринимала просто как символический жест, который человек проделывает, когда заканчивается одна глава жизни и начинается новая.
И строку про "цепь" я как-то пропускала мимо ушей, вместо "гартл" почему-то раньше слышала "байтл", думала, что он к кошельку цепочку пристегнул, чтобы покрепче держался, или что-то в этом роде -- в общем, основательно в путь-дорогу снарядился.

Но несколько дней назад, в очередной переслушивая песню, наконец обратила внимание:
"גאַרטל צוגענייט צום קייט" — не цепочку к кошельку пристегнул, а пояс пришил к цепи. Точнее, ему пришили. Зачем? И к какой цепи?
и особенно вот это, что я вообще раньше не замечала: "...מיט אַלע שכנים / דורך דער װאַנט צעשיידט" -- со всеми соседями распрощался через стенку. Почему через стенку?!

И тогда я -- наконец! -- почитала биографию Лейвика. Он был бундистом, и в 1906 году его арестовали за хранение нелегальной литературы. Посадили в тюрьму в Минске, где он просидел два года. На суде Лейвик отказался от защиты, объявил себя убежденным борцом с самодержавием и был приговорен к четырем годам каторжной тюрьмы и пожизненной ссылке в Сибирь. В 1910 его перевели в Бутырскую тюрьму, а в 1912 доставили этапом в поселок Витим на Лене, откуда весной 1913 он бежал в США. То есть к двадцати пяти годам у него уже за плечами была целая история, и за океаном предстояла ему совсем новая, пятидесятилетняя история творчества и славы в Америке. Причём после переезда он ещё двадцать лет — уже будучи признанным поэтом, редактором, драматургом — проработал маляром-обойщиком! ("In New York, Leivick became the central figure in Yiddish poetry, all while working as a wallpaper hanger").
(Кстати, внук Лейвика -- фотограф, астроном, садовник, многолетний преподаватель фотографии в Стэнфорде и джазовый музыкант Джоэл Лейвик -- это близкий друг, учитель и ментор J. Сначала J у него учился в Стэнфорде, потом они вдвоём там преподавали, а потом Джоэл вышел на пенсию и они теперь просто дружат и иногда вместе играют блюз).

Я не поленилась и полезла искать это стихотворение в собраниях сочинений Лейвика. Оказалось, что оно действительно из его первого сборника 1918 года "הינטערן שלאָס" — "Под замком", "Взаперти" — где собраны его стихи о тюрьме, ссылке и побеге.

Вот что это за "цепь". И вот почему с соседями он прощается через стенку.
Но я не до конца поняла, что происходит в песне. По логике, раз в тексте сказано "завтра я буду далеко-далеко, где-то на корабле", значит, речь не о грядущей ссылке, а уже о грядущем побеге в Америку — не в Сибирь же ему плыть из Москвы на корабле. Но зачем он пояс пришил к цепи? И если он собирается бежать, почему тогда он остриг волосы — ему же, наоборот, нельзя выглядеть как каторжник, чтобы ничего не заподозрили.

Но в песне, с её лиричностью и мечтательностью, этот background совершенно не считывается. Вообще исчезает контекст! Странно получается. Песня прекрасная, аранжировали и исполнили её прекрасно, но по дороге потеряли то, о чём, собственно, в тексте идёт речь.
И в liner notes альбома я не вижу информации об этом. Вообще не нашла никаких заметок на эту тему -- то есть о жизни Лейвика, в том числе его тюремном заключении, информации предостаточно, я имею в виду, что не нашла никаких статей, в которых обсуждается именно сама песня в контексте, песня с учётом породившей её истории, -- кроме одного комментария на старом форуме сайта Klezmershack (там всегда отличные музыкальные обозрения клезмерских и прочих еврейских альбомов), где слушатель написал "m'zol visn az leivick hot es geshribn vegn a tsarishn tfise in sibir."
Tags: un a lidl zing ikh mir, стихи, מאַמע-לשון
Subscribe

  • Terra Incognita

    Да, и забыла же такое важное написать! Случайно у подруги на странице увидела объявление накануне события -- если бы не эта случайно встреченная…

  • заповедь "не пережми" и Хильда Бронштейн.

    *становится на табуреточку, откашливается* Вот уже тринадцать лет я варюсь в песнях на идише -- это на самом деле umbrella term, в который входят…

  • сладкие пятки

    Я тут сейчас напишу скушное филологическое вступление, но оно не просто так: Есть глаголы, которые на английском называют performative verbs. Это…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments